Начало | Лучистое

Начало

Первая встреча произошла теплым, тихим августовским днем. Ласковые, мягкие лучики солнца, пробиваясь сквозь тихо шелестящую листву огромных тополей, поглаживали лицо, и настраивали на восторженно-философское настроение. Рабочий день закончился, я стоял на заводской проходной, беседовал, за жисть, с моим коллегой по работе, наслаждаясь замечательной погодой, и вдруг увидел, как по улице, мимо меня беззвучно и стремительно проскочил приземистый аппарат с педальным приводом. Зрелище для меня было удивительное. «Живьем» ничего подобного мне видеть пока не приходилось. Я всегда старался много читать разной технической литературы, так что опознать, что увиденное мною техническое чудо-юдо – это веломобиль удалось сразу. Ни догнать ни рассмотреть как следует его в тот день мне не удалось, но ВЕЛОМОБИЛЬ был, я его видел! Через несколько дней, на рынке мне удалось познакомиться с Вадимом Дунаевым — конструктором и хозяином этого веломобиля.

Вадим оказался очень общительным, контактным человеком. И мне быстро удалось получить разрешение прокатиться на его аппарате.

После первой же поездки веломобиль полностью меня покорил. Оказывается, на нем можно не только быстро ездить по ровной дороге, но и прыгать с бордюров, съезжать по ступеням уличной лестницы т.д и т.п. Это было что-то. Чем больше я ездил, тем больше я чувствовал, что веломобиль очень интересная штука!

Все описываемые события проходили в теперь уже почти былинном 1993 году. Шквал инфляции еще не до конца затопил страну, совсем недавно был август 91 года с его ГКЧП, Во время событий, которые потом назовут путчем, я работал в заводском пионерском лагере и видел, как в деревне люди ходили по улицам и поздравляли друг друга с «Прекращением бардака», а потом замерев смотрели в телевизор, где показывали «штурм Белого Дома», Ельцина на танке и просто не могли поверить, что кому-то нужны «великие потрясения».

Завод, на котором я работал – крупное предприятие, работающее в основном на оборону, с полным циклом производства. И даже перепрофилировать его не просто трудно, а вообще, по специфике решаемых задач, практически невозможно. Примерно в тот период, мы считали, чтобы получить одинаковую прибыль от производимых тогда в рамках конверсии, стиральных машинок, сопоставимую с прибылью от сдачи одной единицы спец. техники заводу надо тех машинок сделать 67 (!) вагонов! А в 80-е годы завод спец. техники сдавал по 900-800 штук в год!

Пришел работать на завод я по распределению в 90 году, сразу попал цеховым конструктором в штамповочный цех. Работа была интересная – старался побольше бывать среди рабочих, много для меня было нового и познавательного. Шутливое замечание – для штамповщиков – конструкторов металл – как пластилин, его можно гнуть, мять, вытягивать, плющить, давить, завязывать узлом, словом, делать с ним, что угодно! Для токарей, фрезеровщиков – металл твердый – заготовку можно обрабатывать – только удаляя излишки металла инструментом и металл и размеры в нем сильно зависят от температуры. У горячих деталей размеры больше, у холодных меньше…

Специфика работы цехового конструктора – занимаешься всем чем угодно, рисуешь детали, кондукторы, штампы, иногда приходит механик, вываливает на стол кучу железок в тряпке, и говорит – Тут вот GZAE?GFUYT! развалилась – посмотри, разберись как она работала, нарисуй быстренько, эскизики – надо срочно отдать в работу, но детали могут быть не все! И вот, сидишь – уподобляешься археологу, выискиваешь в куче промасленных обломков нужные, смотришь, где, что и откуда может быть, примерно, чья конструкторская школа – типа, наше, ли еще трофейное Германское? И как вся та ХРЕНЬ должна работать в сборе!

На тот период, завод еще старался сохранить кадры квалифицированных рабочих, хотя вал оборонных заказов практически иссяк. Отходов производства было много и, стараясь сохранить кадры, начальники цехов и мастера сквозь пальцы смотрели на производство всякого «левака» для поддержания семейных бюджетов. Но объем работ упал, упал и у меня. И тут подворачивается Вадим со своим мобилем!

Честно, сказать, веломобили видел в журналах, в 80-е годы про них много писали и показывали по телевизору, но отношение к ним у меня было такое – снисходительно, снобистско – пренебрежительное. Типа, а третье колесо завсегда лишнее. Сам много ездил на велосипеде, у всей семьи были велики. К тому времени, уже лет 7, летом основным многоместным транспортным средством был мопед Рига–16, на него поставил двухместное сидение от мотороллера «Вятка-Электрон», задние гидравлические амортизаторы от того же мотороллера. Так что транспорт для поездок был, вдвоем ездили и с супругой, или с матушкой и, даже, умудрялись втроем с детенышем ездить в лес за грибами и ягодами, за 30-40 км в один конец. Про машину, а точнее про права, даже и не мечтал – у меня было зрение – 8, с изменением, как говорили врачи, глазного дна, из армии комиссовали с записью в военном билете – годен к нестроевой службе в военное время. А веломобиль, ну не трогал он меня. И вдруг удалось покататься! И ощущение – кайфа от поездки так меня захватило, что Все! Захотел себе подобный аппарат!

Да и вообще – веломобиль — просто интересная конструкторская задачка – сделать так, чтобы аппарат, который имеет изначально больший вес, большее число колес, а значит, большее сопротивление качению, чем велосипед, ездил бы, за счет технических ухищрений, технического совершенства, более интересных конструкторских решений, за счет лучшего использования эргономики, более удобной посадки, лучшей аэродинамики быстрее обычного велосипеда!

На уровне эмоций – я уже знал – веломобиль имеет право на существование! Недоступность на тот момент транспортных средств на которые нужны «права» делали задачку весьма привлекательной. И передо мной стоял уже готовый веломобиль, с уже проверенной временем схемой, где и нужно то было всего отработать технологию изготовления отдельных узлов. Мы много говорили с Вадимом о жизни, о веломобилях, и еще о многом разном. И договорились о сотрудничестве. План минимум был сделать аппарат для себя, с отдаленным прицелом – наладить мелкосерийное производство веломобилей. А о том, что все получится, вопрос даже и не возникал. Наштамповать что угодно – проблем немного, а вот сделать, чтобы получилось красиво, надежно, долговечно, удобно, для этого вначале необходим цикл доведения просто конструкции, пусть и удачной, до конструкции, которую можно повторить необходимое количество раз, плюс ресурсные испытания, чтобы знать реальный срок службы веломобиля. Вообще – самые замечательные проекты делаются не одиночками, а группами энтузиастов, которые поддерживают друг друга, помогают, на практике используют метод мозгового штурма.

Японцам приписывают красивую фразу о том, что для успеха дела нужны три «И» : интерес, интеллект, информация. Последнего «И», то есть информации, мне и не хватало. Пришлось засесть за подшивки технических журналов за последние 10 — 15 лет. О веломобилях писали много, но бессистемно.

Нас интересовало: рулевое управление: углы наклона шкворней, углы развала колес, передача от руля к колесам; привод от педалей на ведущие колеса; компоновка. Но на эти вопросы в этих публикациях мы ответа не нашли.

Когда-то мне в библиотеке попалась книга начала 50-х годов точного названия сейчас уже не помню, как в домашних условиях собрать моторную лодку. Очень красиво была книжка написана Большое на меня произвела впечатление. Попутно хотелось обобщить и систематизировать отдельные узлы и механизмы веломобилей, сделанные другими конструкторами и провести сравнительные испытания, чтобы выбрать наиболее интересную конструкцию. И написать о своей работе так же красиво и подробно, как в той книжке.

В конце концов возникла мысль организовать кружок по созданию веломобильной техники. В одном месте можно было бы собрать энтузиастов, получить помещение, пусть с небольшим станочным парком и, занимаясь любимым делом, получать еще и за то дело з/плату. А самые лучшие испытатели, как известно – дети, спиногрызы, бандерлоги, перед ними не устоит ни одна конструкция, если что-то можно сломать, они обязательно сломают, Блин! А на технике, выстоявшей после детских «покатушек» уже можно смело ездить где угодно и отдавать любому покупателю.

Размышлялка – что человек создает в своей жизни – образы, ОБРАЗЫ чего угодно. И мы встречаем вокруг себя людей с различным типом мышления. У одних людей – мышление

- подетальное – они могут за один раз ухватить только одну деталь, был у нас один очень хороший токарь – Саша М. детали делал, прекрасно, захотел себе веломобиль – пожалуйста! Ты делаешь одно, мы делаем другое, так все и срастется. Получил он готовую раму – всего-то надо было поправить перья задней подвески, обеспечить соосность резьбовых втулок. Работы минут на 15, крутил раму в тисках часа 3, сломал заднее перо, решил заварить не, по-простому, а «как надо, по науке!» еще месяца три заваривал, потом обиделся, бросил, поменял весь комплект веломобильных деталей на сварочный полуавтомат, который у него еще лет 10 стоял в комнате, запечатанный в ящик… Потом стал проектировать шестеренчатую коробку передач для веломобиля, и на том все дело и заглохло.

- узловое –человек ухватывает работу целого узла, но до готовой конструкции ему перейти трудно.

- цельное, настоящее образное мышление, когда человек сразу видит свою будущую конструкцию в сборе, не зацикливаясь на мелочах. Вот у Вадима именно такое цельное мышление. Никакого технического образования у него нет, но прекрасный художник, очень хороший дизайнер, общаться с ним трудновато, очень любит на себя тащить одеяло, но очень полезно.

И при создании веломобилей, да и не только, очень хорошо видно, на каком уровне твое сегодняшнее мышление и куда еще надо стремиться.